Архимаг в матроске. Трилогия (СИ) - Страница 164


К оглавлению

164

Нда. Представляю реакцию Ригорна на то, что я тут учудил. Пожалуй, перед его прибытием мне нужно Усиленную Защиту от Огня на себя повесить. Как минимум, она не помешает. Да и Кокон Абсолютной Защиты, думаю, стоит повторить. Лишним не будет. Ну, а Пукино-то зачем припёрся? Ему что от меня нужно?

– Присаживайтесь. Так зачем Вы хотели видеть меня, граф? Кстати, от короля нет новых известий?

– Есть, Ваше Величество. Вот, письмо лично Вам. Буквально полчаса назад доставил курьер. Я взял на себя смелость лично принести его.

Вскрыв пакет, я обнаружила там очередной восторженно-влюблённый бред. Лион каждый день шлёт мне такие письма. Как обычно, ничего по делу. Сплошные ахи и поцелуи. Корявое стихотворение в конце. Явно, сам сочинял. Обещает всех быстро-быстро победить и вернуться ко мне. Да что я нашла в нём? Обычный влюблённый парень. Не очень умный, кстати. Но я люблю его. Магия-с. Волшебство. Действительно, прав был Агильери, когда предупреждал меня не злоупотреблять магией Песни. Никогда заранее не знаешь, как именно подействует заклинание.

– А по реальной обстановке в армии Вы мне можете что-то сообщить, граф? А то в том письме, что Вы мне принесли, нет ничего конкретного.

– В последнем сообщении от маршала Родарио говорилось, что королевские войска готовятся к решительному сражению с армией султана Вована. Отступать дальше невозможно, ибо это неизбежно приведёт к соединению группировок Сумира и Неронии. На военном совете было принято решение дать бой.

– Хм… И как Вы предполагаете, каким будет результат сражения? У наших есть шансы?

– Я не специалист в военных вопросах, Ваше Величество. Но раз граф Родарио решился на это, то, значит, шансы есть.

– Либо ситуация безвыходная.

– Либо так. Впрочем, насколько мне известно, за последнее время наша армия была значительно усилена дворянскими дружинами. А армия Сумира, наоборот, ослаблена, так как они вынуждены были оставлять заслоны для блокирования гарнизонов тех замков, штурмовать которые не решились. И к настоящему времени наши войска уже почти не уступают по численности сумирским.

– И когда должно состояться это сражение?

– В ближайшие два-три дня, Ваше Величество.

– Понятно. Так всё же, граф, зачем Вы хотели говорить со мной? Ведь пришли Вы не для того, чтобы передать письмо.

– Разумеется. Ваше Величество, я пришёл поговорить с Вами по поводу одной важнейшей государственной реформы. Видите ли, наш король и Ваш муж, Лион IV, уделяет государственным делам не слишком много своего внимания.

– И что Вы хотите от меня?

Пукино достаёт из объёмистого портфеля довольно толстую тетрадку, и, потрясая ей в воздухе, продолжал:

– Понимаете, мною, совместно с эээ… группой специалистов, была разработана важная, я бы даже сказал, исключительно важная, государственная реформа. Речь идёт о качественном преобразовании подразделений королевской стражи, охраняющих порядок и защищающих граждан королевства в городах и сёлах.

– А я тут при чём?

– Ваше Величество, к моему глубочайшему сожалению, Ваш муж наотрез отказывается подписывать рескрипт, позволяющий начать реформирование нашей стражи. А это категорически неприемлемо! Стране нужна эта реформа, нужна, как воздух! Я Вас умоляю, Ваше Величество, пожалуйста, повлияйте на своего супруга. Уговорите короля подписать рескрипт.

– А в чём смысл этой реформы? Почему она столь важна? Можно мне взглянуть?

– Ваше Величество, это очень сложный технический документ. Право, там нет ничего интересного. Я даю Вам слово дворянина, что реформа совершенно необходима нашему королевству.

– И, тем не менее, граф. Позвольте, я посмотрю. Быть может, я и пойму что-нибудь.

– Что ж, прошу, Ваше Величество, – слегка надувшись, Пукино протягивает мне свою тетрадку. – Однако предупреждаю, картинок там нет. Ни одной!

– Спасибо за предупреждение, граф. Давайте встретимся с Вами через пару-тройку дней. Я почитаю Ваш труд и, когда буду готова к разговору, сообщу Вам. Хорошо?

– Как будет угодно Вашему Величеству.

– Вот и договорились. До свидания, граф. Не смою больше Вас задерживать.

– Всего наилучшего, Ваше Величество.


Глава 47

Ух, ну и крючкотвор же этот Пукино! Столько писанины ни о чём. Смысл реформы надёжно тонет в расплывчатых формулировках и определениях. К тому же, Пукино обладал болезненной страстью к длинным предложениям. В его рукописи то и дело встречались фразы длиной с четверть страницы. Рекордсменом же стало предложение, растянувшееся на две с лишним страницы! Я не поленился, посчитал, так в одном этом предложении было 56 запятых!

Теперь я понимаю, почему Лион не стал подписывать такое. Он просто не понял, что именно ему суют на подпись. Я уже достаточно успела изучить своего ненаглядного, чтобы догадаться о том, что этот опус Лион может пытаться прочитать до старости, но так и не продвинется дальше второй страницы.

А я? Я сам-то понял? После первого прочтения – не понял. После второго – начал кое о чём догадываться. И лишь прочитав всё по третьему кругу, кое-то уяснил. Окончательно же всё встало на свои места после внимательного изучения приложений – расчётов и результатов испытаний. Ага, так вот оно что! Ну, граф! Ну, жучара! Пожалуй, надо бы поговорить о нём с Лионом после его возвращения. Что-то мне уже совсем не хочется и дальше видеть премьером Пукино. Такой, пожалуй, наруководит!..


– Доброе утро, Ваше Величество! – после доклада моего гвардейца-охранника входит в мой кабинет Пукино. Вообще-то, это кабинет Лиона, но, как мне кажется, тот даже не знает о его существовании. По крайней мере, меня он сюда никогда не приглашал. А когда я, встав после болезни с постели, бессовестно этот кабинет оккупировал, то не нашёл в нём ни малейших следов пребывания тут Лиона. По-моему, этот кабинет вообще не открывали с тех пор, как умер прежний его хозяин – дед моего Лиона, король Лион III.

164